Добрые сказки с хорошим концом

 

О раскаявшемся воре



Тихим зимним вечером вор Сидор Сидорович возвращался от старого знакомого — скупщика краденого Филарета Филаретовича. В кармане приятно похрустывали купюры, которые Сидор Сидорович собирался немедленно прокутить с женщинами легкого поведения.
Внезапно до его ушей донесся звон колокольцев и едва улавливаемый мотив "Джингл беллз". "Сегодня же Рождество!" — вспомнил Сидор Сидорович и задумался. Пришло ему на память его суровое детство, когда отец таким же тихим рождественским вечером подарил ему связку отмычек: "Тебе уже шестнадцать, сынок, пора приносить в дом деньги". И так горько стало Сидору Сидоровичу от этих воспоминаний, что даже солидная пачка банкнот в кармане перестала радовать. "Не так живу, — подумал вор. — Мне уже сорок, а ни жены, ни детей. Помру — никто и не заметит. Пойти, что ли, обокрасть кого… А вот, кстати, и окно открытое".
Сидор Сидорович, кряхтя, влез в окно и оказался в детском доме, где ребятишки как раз хоровод у елки водили. "Чего же это я?" — сразу устыдился Сидор Сидорович и тут же вылез обратно.
И пришло ему на ум истратить неправедно нажитые деньги на хорошее дело. Пошел он в магазин игрушек, накупил плюшевых мишек, мячей, куколок и отправился в детский дом, где в это время ребятишки хоровод у елки водили. Подарил всем детям по игрушке и по петушку сахарному на палочке, по головке погладил. А самый маленький мальчик Андрюша Андреев предложил Сидору Сидоровичу остаться с ними: "У нас никто не хочет работать. Уж больно зарплата маленькая!" И бросил Сидор Сидорович свое недостойное ремесло и стал работать ночной няней. То-то было радости ребятишкам и директору детского дома!



О несчастном трубаче





Тихим зимним вечером трубач Николай Николаевич стоял на своем обычном месте в Старом городе и негромко дудел в свою трубу. Накануне Николай Николаевич очень сильно простудился, и звуки давались ему с трудом. К тому же утром он вышел из дому натощак, оставив свою часть нехитрого завтрака жене и ребятишкам.
Несмотря на головокружение и температуру, Николай Николаевич старался заработать хоть немного денег, чтобы было на что купить продуктов к рождественскому столу. Но мелодия из его инструмента была такой грустной, что все прохожие торопились пройти мимо, даже не оглянувшись. И потертый футляр от трубы так и стоял совсем пустой.
А Николаю Николаевичу становилось все хуже. Краем глаза он увидел, что рядом остановился какой-то упитанный субъект в кашемировом пальто, дорогих ботинках и норковой шапке. "Жирная морда! — подумал Николай Николаевич и закрыл глаза. — От такого, пожалуй, ничего не дождешься. Ишь уставился!" Внезапно Николай Николаевич почувствовал, что играть ему стало тяжелее. Он открыл глаза: рядом никого уже не было, а из трубы торчала свернутая бумажка. "Вот гад! — возмутился Николай Николаевич. — Издевается над больным человеком!" Резким движением он вытащил то, что было в трубе, и уже собирался отшвырнуть это в мусорник, как вдруг с удивлением обнаружил, что держит в руке купюру крупного достоинства, с которой на трубача благостно смотрел седобородый дед . Николаю Николаевичу стало стыдно, что он так плохо подумал о незнакомом человеке. Бормоча никому уже не слышные слова благодарности, он сложил трубу и отправился в ближайший универсам, где купил и фруктов, и индейку, и игрушек, и даже духи жене. То-то было радости семье трубача!






О рассеянном докторе



Тихим зимним вечером доктор Пантелей Пантелеевич шел в гости через заснеженный парк. В руках он держал множество свертков с подарками, предназначенными для детей своих знакомых. Пантелею Пантелеевичу стало жарко: быстрый шаг и теплая дубленка сделали свое дело. К тому же доктор был уже немолод и быстро уставал. Потому и присел на одну из парковых скамеечек, где уже сидел инвалид Семен Семенович.
Находясь по случаю праздника в благостном настроении, Пантелей Пантелеевич обратился к случайному соседу: "С наступающим вас Рождеством! А я вот, знаете ли, подарочков купил, в гости иду!" Однако Семен Семенович на слова доктора отреагировал неожиданно: "Подарочки! — вскрикнул он хриплым фальцетом. — А у меня дочка больная, за квартиру не плачено, в доме шаром покати. Подарочки!" И горько рассмеялся.
Пантелей Пантелеевич сначала опешил, но быстро пришел в себя и принялся расспрашивать Семена Семеновича. Оказалось, что они живут в одном доме. Только доктор занимал весь третий этаж, а его собеседник с больной дочерью ютился в сырой подвальной комнатушке. Пантелею Пантелеевичу стало стыдно за то, что, каждый день проходя мимо слепых окошек на уровне тротуара, никогда не думал, что и там живут люди.
"Пойдемте, голубчик!" — сказал доктор, помогая инвалиду подняться. Придя к Семену Семеновичу, доктор первым делом осмотрел его дочь Машеньку и выписал рецепт. Потом подумал и дал денег на лекарства. Семен Семенович, правда, начал требовать чтобы доктор заплатил за их квартиру, и даже принялся угрожать костылем, но Пантелей Пантелеевич был не из пугливых. Хотя ему и пришлось уйти, оставив все купленные подарки. То-то было радости у девочки и ее отца!

О торопливом банкире


Тихим зимним вечером банкир Эдуард Эдуардович торопился на презентацию. Его водитель Сергей Сергеевич вел джип привычным маршрутом, как всегда, обдавая прохожих брызгами грязного полурастаявшего снега. Эдуард Эдуардович, небрежно развалясь на мягких кожаных сиденьях, лениво затягивался гаванской сигарой, едва заметно ухмыляясь при виде особо обрызганных пешеходов. «И куда это они все идут?» — вяло подумал банкир. И стал смотреть в окно лимузина в поисках очередной жертвы обрызгивания. Сергей Сергеевич знал привычки шефа и приготовился к виражу. Черная машина проехала мимо раскрытых дверей церкви. Из раскрытых дверей доносились приглушенные звуки торжественных песнопений. «Совсем закрутился! — почему-то огорчился Эдуард Эдуардович. — Сегодня же Рождество!» Вспомнилось босоногое детство, предновогодние дни, когда в их коммунальной квартире так вкусно пахло хвоей и пирогами. И покойная бабушка, из последних пенсионных копеечек выкраивавшая внуку на подарок под елку.
В это время взгляд Эдуарда Эдуардовича упал на стоящую на обочине старушку Серафиму Серафимовну. «Как похожа на бабушку…» — сжалось сердце банкира. «Подъедь ближе!» — скомандовал он. Шофер Сергей Сергеевич, не подозревая о мыслях шефа, привычным манером окатил старушку из ближайшей лужи. Бедная Серафима Серафимовна в старом ветхом пальтишке растерянно замерла у края дороги.
У Эдуарда Эдуардовича от гнева перехватило дыхание. «Дурак!» — только и сказал он шоферу. И начал вылезать из машины, путаясь в полах длинного пальто. Удивленный неожиданным нагоняем, Сергей Сергеевич наблюдал, как его начальник подошел к старушке, вежливо взял ее под локоть и, что-то говоря, повел к машине. «К Диору!» — скомандовал он, усаживаясь вместе с Серафимой Серафимовной на заднее сиденье. В роскошном магазине Эдуард Эдуардович купил бабусе новое теплое пальто, шаль и зимние сапожки. А потом довез до дому. То-то радости было у старушки!


Назад

На главную


")); Информация мери-кей тут. заказать банкетный зал киев, training or outdoor indoor